Когда я впервые посмотрел Расщепление Адама, мне показалось, что это не просто про клонирование — это про то, как иногда хочется разделиться на несколько «я», чтобы успеть везде и всюду. В центре истории — подросток Адам Бейкер, который вечно чего‑то не успевает: у него и подработки летом, и сестру надо присматривать, и ещё любимая девушка Лори… Казалось, что у него никогда не будет нормального отдыха.
Однажды ночью, когда его родители уезжают в отпуск, Адам с друзьями случайно обнаруживает в гараже дяди странный «солярий». Оказалось, что это вовсе не солярий, а машина для клонирования людей. Утром Адам просыпается и видит в кровати… себя же. Первое, что я подумал: ну всё, теперь у него будет просто куча дел.
Клоны действуют не как копия точь‑в‑точь, а каждый отражает определённую черту характера, которую Адам тайно хотел бы развить. Один становится ответственным трудягой, другой — шустрим раздолбаем, третий — романтичным поэтом, четвёртый — почти «идеальный» парень, который умудряется понравиться Лори. Поначалу план кажется гениальным: раздать клоны по делам, а самому кататься на волнах лета.
Но то, что работало на бумаге, не всегда работает в жизни. Клоны начинают вмешиваться в личные отношения, делать глупые вещи (например, врезать лицо Лори в торт на вечеринке) и раздувать амбиции до комичного уровня. Когда Адам пытается впечатлить Лори «совершенным клоном», всё выходит боком — и правда, почему идеальная версия тебя иногда хуже настоящего?
И вот в какой‑то момент начинаешь чесать затылок и думать: а что, если каждая версия Адама отражает не просто желание быть лучше, а его страхи и неуверенность? Его клоны — это не просто инструмент, а зеркало, которое показывает ему, что настоящие отношения и дружба не собираются из набора идеальных качеств.
Фильм заканчивается так, что Адам возвращается к себе настоящему, осознав, что никакие клоны не заменят честного общения, ответственности и простых летних моментов — пусть даже с хаосом и падениями в бассейнах. А ещё я улыбнулся, когда заметил, что никто не избавился от самой обычной жизненной суеты просто потому, что они умели клонировать себя.
