Группа американских туристов приезжает в Панаму за экстримом и красивыми фото для инстаграма. Они нанимают местного гида Педро — парня с тихим голосом и глазами, которые слишком много видели. Он предупреждает: есть места в джунглях, куда лучше не ходить. Но туристы смеются, закатывают глаза, достают телефон, чтобы записать его «дикарские» суеверия на видео. Для них это часть аттракциона — как поездка в хижину с привидениями.
Закари Ситенга играет Педро без пафоса и этнических клише. Его страх не в дрожащем голосе, а в том, как он замирает у развилки тропы, как пальцы сжимают рукоять мачете чуть крепче обычного. Линдси МакКеон в роли Эмили — девушки, которая первой замечает странности: следы у палатки, слишком большие для человека; тишину в джунглях, где раньше щебетали птицы. Она пытается предупредить остальных, но её принимают за нервничающую из-за жары.
Режиссёр Аластер Орр не балует зрителя спецэффектами. Монстр здесь не скачет с клыками наперевес — он часть леса. Его присутствие ощущается в шорохе листвы, в запахе гниющей плоти среди цветущих орхидей, в том, как местные жители отводят глаза, когда туристы спрашивают о старых легендах. Камера часто остаётся на одном плане: палатка, колышущаяся на ветру; рюкзак, брошенный посреди тропы; кружка кофе, остывшая на земле.
Фильм не превращает местных в мудрых шаманов или кровожадных дикарей. Они просто живут здесь — знают правила, которым чужаки не удосужились научиться. А правила просты: не трогай то, что не предназначено тебе; не снимай на камеру то, что смотрит на тебя из темноты; и никогда, ни за что не уходи от костра, когда стемнеет.
«Местный» не пугает скримерами по расписанию. Он заставляет оглянуться через плечо, когда идёшь домой поздно ночью. Потому что иногда джунгли — это не место на карте. Это состояние: когда ты понимаешь, что пришёл туда, где тебе не рады. И что-то давнее, старше городов и законов, уже заметило тебя. Осталось только ждать — или бежать. Но бежать некуда. Джунгли окружают со всех сторон.
