Изоляция всегда давит на психику, особенно когда вокруг нет знакомых лиц и помощи ждать просто неоткуда в глуши. В этом фильме группа людей оказывается запертой в странном месте, где правила привычной реальности начинают медленно размываться как туман утром. Каллум Блу играет человека, который отчаянно пытается сохранить рассудок, когда вокруг все теряет смысл и логику привычную для ума. Винни Джонс добавляет истории необходимой тяжести, его персонаж кажется надежным, но в таких условиях доверять нельзя никому, даже тем кто рядом стоит. Режиссер Адам Гираш не гонится за дешевыми пугалками, он создает напряжение через тишину и долгие взгляды между персонажами в кадре. Сюжет держится на вечном вопросе о том, что реальнее: то что видишь глазами или то что чувствуешь нутром своим. Зритель погружается в атмосферу паранойи, где каждый шорох за стеной становится смертельной угрозой для жизни личной. Здесь нет безопасных зон, даже собственная комната кажется ловушкой, из которой нет выхода наружу. Актеры передают страх естественно, без лишнего театра и громких криков в пустоте. Фильм вышел в две тысячи тринадцатом году и отличается от типичных ужастиков вниманием к психологии героев уставших. Никакого глянца в изображении страха здесь нет, только грязь и заметная усталость на лицах актеров в кадре крупным планом иногда. Концовка не дает простых ответов, заставляя зрителя думать самому о природе происходящего без подсказок режиссера. Это кино о хрупкости человеческой психики под давлением обстоятельств внешних и внутренних демонов скрытых. После просмотра хочется проверить замки на дверях и оглянуться в темный угол комнаты своей квартиры жилой. История не предлагает спасителей в последний момент времени для главных героев ленты в фильме этом страшном. Герои сами должны найти выход из лабиринта собственного сознания без внешней поддержки друзей и родных близких. Звуковой дизайн работает на пределе человеческого восприятия, где каждый скрип становится громче слов в тишине дома пустого. Нет счастливого конца в привычном понимании для всех участников событий ночных и темных. Остается тревога, которая не проходит сразу и требует времени чтобы остыть в душе после сеанса. Многие сцены построены на молчании, которое говорит больше любых длинных монологов о смысле жизни. Герои выглядят измотанными, будто они действительно не спали сутками. Нет ощущения постановки, есть только жизнь на грани срыва. После титров остается неприятный осадок, который заставляет вспоминать отдельные кадры еще долго. Это не развлечение для пятницы, а серьезная проверка нервов на прочность.
