Действие картины происходит в провинциальном городке, где календари на стенах давно отстали, а старые фотографии в альбомах напоминают о вещах, которые местные жители предпочитают не выносить на улицу. Лора Джонсон исполняет роль женщины, привыкшей жить по чёткому расписанию, пока один телефонный звонок не заставляет её пересмотреть все отложенные на потом решения. Рядом с ней появляется Кристиан Даттило. Их диалоги лишены театрального пафоса, это скорее набор обрывочных фраз, пауз и взглядов, которые говорят больше, чем любые признания. Режиссёр Джей Си Конклин избегает глянцевых декораций, переводя объектив в тесные кухни и полупустые прихожие. Камера задерживается на потёртых скатертях, недопитом кофе и секундах тишины, когда правда оказывается слишком неудобной для прямых слов. История не пытается уложить чувства в удобные рамки. Она просто наблюдает, как попытка сохранить независимость разбивается о бытовые мелочи: сломанный кран, забытый зонт, случайно включённое радио. Майкл Сиглер и Эрин Лоф играют соседей и коллег, чьи короткие замечания и неловкие попытки вмешаться добавляют повествованию земную тяжесть. Аддисон Даттило, Кэйли Вутан, Гари Ли Винсент, Ларри Ортон, Анедра Браун и Кит Шатофф вписываются в этот круг как люди, чьи собственные неудачные шаги и тихие компромиссы постепенно переплетаются с главной линией. Разговоры ведутся вполголоса, ответы часто уходят в сторону, а самые важные вещи произносятся шёпотом у самой двери. Лента не сулит быстрого исцеления. Финальные кадры обрываются без объяснений, оставляя после себя чувство прожитых месяцев и вопрос о том, как долго можно ждать подходящего момента, когда он, возможно, уже прошёл.
