Нью-Йорк 1938 года тонет в густом тумане и уличных страхах, где банды открыто делят районы, а обычные люди запирают двери задолго до заката. Ламонт Кренстон, роль которого исполнил Алек Болдуин, совсем не тот беззаботный миллионер, каким кажется на светских приёмах. Долгие годы скитаний по Тибету научили его видеть самые грязные уголки человеческой души и превратить собственное прошлое в смертельное оружие. Теперь он наводит порядок из тени, заставляя преступников бояться не столько ствола пистолета, сколько собственного отражения в луже. Режиссёр Рассел Малкэй намеренно уходит от стерильной картинки современных боевиков, погружая зрителя в атмосферу тяжёлого нуара, где дорогие костюмы соседствуют с нищетой и коррупцией. Камера лениво скользит по мерцающим фонарям, мокрой брусчатке, тяжёлой ткани плаща и тем долгим секундам тишины, когда в переулке слышен лишь скрип подошв и лёгкое шипение дымовой шашки. Джон Лоун исполняет роль Шивана Хана, жестокого вождя, который уверен, что способен покорить мегаполис с помощью древнего гипноза и откровенной жестокости. Пенелопа Энн Миллер играет Марго Лейн, женщину, чьи сны странным образом пересекаются с кошмарами Кренстона, а её присутствие становится одновременно его уязвимостью и единственным якорем в этом безумном городе. Иэн Маккеллен и Тим Кэрри заполняют криминальный мир учёными и головорезами, чья преданность держится не на деньгах, а на животном страхе. Звук переключается между низким гулом джазовой трубы, потрескиванием полицейского радио, тяжёлым шагом по лестничным пролётам и внезапной паузой, когда свет в окнах гаснет один за другим. Сценарий не пытается свести всё к банальной битве добра со злом, а просто наблюдает, как человек, который давно усмирил собственных демонов, вынужден столкнуться с тем, кто обожает свою тьму. История не сулит волшебного очищения улиц или внезапного раскаяния злодеев. Она замирает на пороге опасного противостояния, давая понять, что в городе, где закон давно продан, справедливость остаётся тяжёлым грузом одиночки, а удерживает этот мир от полного распада лишь тот, кто научился использовать мрак против него же самого.
