Ален Угетто берёт за основу собственные семейные архивы и переносит на экран историю переезда своих дедов из северной Италии во Францию начала прошлого века. Сюжет строится вокруг быта, который приходится собирать заново на чужой земле, где каждый шаг даётся ценой тяжёлого труда и постоянных компромиссов. В озвучке заняты Ариан Аскарид, сам режиссёр, Стефано Паганини, Диего Джулиани, Кристоф Гатто, Лорен Паские, Брюно Фонтен, Анджело Ринна, Лаура Девоти и Од Карпинтьери. Их голоса звучат без театрального пафоса, скорее как записи старых писем или обрывки разговоров за кухонным столом. Анимация намеренно сохраняет шероховатость. Угетто лепит персонажей из пластилина, вырезает дома из картона и натягивает ткань вместо неба, отчего каждая сцена кажется не нарисованной, а собранной руками. Камера редко отдаляется. Она следит за потёртыми чемоданами, дрожащими пальцами на руле старой повозки и неловкими паузами у пограничного столба, где чужие законы кажутся неподъёмными. Звук держится на бытовых шумах: скрип половиц, отдалённый стук колёс, внезапная тишина в вагоне, когда становится ясно, что дорогу придётся делить с десятком таких же уставших людей. Сценарий не строит громких исторических деклараций. Конфликт возникает из неправильно понятых фраз, случайно уроненных узелков с едой и долгих вечеров в тесных комнатах, где каждый пытается угадать, как вписаться в новый ритм. Лента фиксирует момент, когда семейная память перестаёт быть просто набором дат и становится общим языком, а готовность просто посмеяться над собственной растерянностью весит больше любых справок. Фильм заканчивается без прямых моралей, часто оставляя зрителя на кадре с уходящим составом или на полуслове. В сухом остатке не откровения о миграции, а простое наблюдение: настоящие корни редко растут по прямой. Они пробиваются сквозь чужие тротуары, общие молчания и умение наконец закрыть тяжёлую дверь, когда путь наконец заканчивается.
