Брэт Хааланд собирает знакомую компанию бывших злодеев в короткий праздничный переполох, где привычные планы ограблений внезапно сталкиваются с новогодней суетой. Волк, Змей, Пиранья, Акула и Тарантула решают провернуть дерзкую операцию, но вместо банковских сейфов их цель оказывается куда более шумной и непредсказуемой. Сюжет держится на старой доброй динамике команды, где каждый участник тянет одеяло на себя, пока общая идея постепенно превращается в цепочку нелепых случайностей. Майкл Годер, Изекиль Аджигбе, Рауль Цебаллос, Крис Диамантополос, Мэллори Лоу, Зехра Фазал, Кит Силверштейн и Кари Уолгрен работают над голосами без излишней мультяшной приторности. В их интонациях слышится живая, местами уставшая решимость персонажей, которые давно поняли, что исправление репутации идёт куда сложнее, чем взлом сигнализации. Художники сохраняют узнаваемую угловатую стилистику франшизы, добавляя кадрам тактильной шероховатости. На экране мелькают смятые упаковки подарков, резкие тени от гирлянд, потёртые инструменты и долгие паузы перед тем, как очередная попытка сохранить инкогнито оборачивается бытовым хаосом. Камера не гонится за эпическими пролётами. Она цепляется за дрожащие усы, сбитые маски и неловкие переглядывания в тесных вентиляционных шахтах, где попытки действовать по плану разбиваются о обычную неуклюжесть. Звук строится на резких контрастах. Тихий звон колокольчиков внезапно тонет в грохоте падающих коробок, а повисшая тишина заставляет задержать дыхание перед следующим прыжком. Режиссёр не пытается выжать из сюжета сложные моральные истины. Напряжение и сухая ирония возникают из перепутанных списков желаний, случайно залитых горячим шоколадом и вечерних споров на крыше о том, чья сегодня очередь лезть в дымоход. Спецвыпуск ловит тот самый переходный момент, когда привычка жить по криминальным лекалам сталкивается с простой потребностью просто сделать что-то по-настоящему хорошее, пусть и крайне неуклюжим способом. Готовность посмеяться над собственными промахами весит здесь дороже любых украденных сокровищ. История обходится без финальных точек, часто обрываясь на мерцающем свете фонарей или на полуслове. После просмотра остаётся ощущение зимнего ветра и спокойное понимание, что настоящие праздники редко укладываются в строгие сценарии. Они собираются из общих неловкостей, вынужденных пауз и умения наконец отложить карту ограбления, когда город сам подхватывает нужный ритм.
