Всё начинается с телефонного звонка. Волонтёры Красного Полумесяца принимают экстренное сообщение из Газы: на линии — шестилетняя Хинд Раджаб. Она одна. Она застряла в машине, вокруг стреляют, рядом — погибшие родственники. Девочка плачет, путается в словах, но умоляет не отключаться.
Для диспетчеров это не просто очередной вызов. Они понимают, что на том конце провода — ребёнок, который держится из последних сил. Пока связь не обрывается, они стараются говорить с ней спокойно, задают простые вопросы, объясняют, что помощь уже выехала. Каждая минута на счету, каждое слово может стать решающим.
Параллельно идёт попытка направить к машине бригаду скорой помощи. Но город под обстрелом, дороги перекрыты, координаты неточны, а риск слишком велик. Волонтёры действуют почти вслепую, полагаясь на обрывки информации и голос ребёнка, который становится единственной нитью между жизнью и смертью.
Фильм почти целиком держится на ожидании и напряжении. Здесь нет привычной драматургии, нет места эффектным сценам. Есть только голоса, паузы, сбои связи и чувство беспомощности людей, которые делают всё возможное — и всё равно понимают, что могут не успеть.
Это история не о героизме в привычном смысле. Она о пределе человеческих возможностей, о том, как трудно оставаться собранным, когда на линии — испуганный ребёнок, а вокруг рушится мир. И о том, как один голос может стать символом целой трагедии, которую невозможно забыть.