**В клетке**
Кароль упаковывает последние вещи в Косово. Её гуманитарная миссия подошла к концу, впереди — дорога домой, в Париж, к обычной жизни. Вместе с коллегами Матиасом и Самиром она садится в машину, не подозревая, что эта поездка станет последней свободной в их жизни. На пустынной дороге их останавливают незнакомцы. Больше вопросов, чем ответов: почему именно их? Зачем держать в подвале, кормить, следить за здоровьем? Торговцы органами обычно не устраивают для жертв режим санатория.
Фильм Яна Гозлана, его дебют в полнометражном кино, не спешит раскрывать карты. Первые минуты — это растущее напряжение, когда даже вода из кружки кажется подозрительной. Зоэ Феликс играет Кароль без надрыва: её героиня не кричит и не умоляет, а присматривается, запоминает детали, цепляется за малейшие возможности. Эрик Савен в роли Матиаса добавляет истории грубоватой практичности, а Арие Эльмале своим Самиром вносит ноту ироничного отчаяния — он шутит даже тогда, когда шутки уже неуместны.
Съёмки проходили во Франции, но атмосфера балканских предместий передана без излишней экзотизации. Подвал, в котором томятся герои, не украшен жуткими атрибутами — обычная бетонная коробка с железной дверью. И именно эта обыденность пугает сильнее любых спецэффектов. Гозлан явно вдохновлялся ранним Полански: здесь нет крови до тошноты, но есть ощущение ловушки, из которой нет выхода просто потому, что выхода не предусмотрено.
«В клетке» частично основан на реальных событиях, связанных с торговлей органами в постюгославском пространстве. Фильм не претендует на документальную точность, но заставляет задуматься: сколько таких историй остаются за кадром новостных сводок? Картина вышла в 2010 году и до сих пор вызывает дискомфорт — не из-за сцен насилия, а из-за простого вопроса, который задаёшь себе после просмотра: а что бы ты делал, оказавшись в подвале у людей, которые тебя кормят и поят, но не говорят зачем.
