**40 дней и 40 ночей**
Мэтт Салливан, двадцатилетний парень из Сан-Франциско, никак не может отойти от расставания с Николь. Она ушла к более обеспеченному мужчине, а он остался с горой воспоминаний и привычкой заедать боль случайными связями. Каждое утро начинается одинаково: пробуждение, кофе, и мысль о том, как бы пережить ещё один день без неё. Друзья советуют отвлечься, но отвлечение в виде новых женщин почему-то не работает — только усугубляет пустоту.
И тогда, накануне Великого поста, Мэтт принимает странное решение: целых сорок дней отказаться от любой сексуальной активности. Не ради Бога и не из благочестия — просто чтобы перезагрузить мозг. Его друг Райан, вечный циник с острым языком, ставит на провал, но соглашается быть «надзирателем». Первые дни даются легко. Потом начинается ад.
В самый неподходящий момент в жизнь Мэтта врывается Эрика — художница с колючим характером и привычкой говорить правду в лицо. Между ними возникает искра, настоящая, не та, что вспыхивала после бара. Они гуляют по городу, спорят о ерунде, смеются над глупостями. И чем ближе они становятся, тем острее Мэтт ощущает собственное обещание. Каждое прикосновение превращается в испытание, каждый взгляд — в пытку. Тело напоминает о себе назойливее, чем когда-либо.
Режиссёр Майкл Леманн не пытается превратить историю в моральную притчу. Это не фильм о воздержании как добродетели — это комедия о том, как сложно быть человеком, когда разум и плоть тянут в разные стороны. Джош Хартнетт играет Мэтта без самодовольства: его герой глуп, упрям, часто неловок, но в нём есть искренность, которая спасает ситуацию. Шаннин Соссамон не даёт ему расслабиться — её Эрика не ждёт милостей, она требует честности. А вокруг кипит обычный городской хаос: надоедливые коллеги, неловкие встречи с бывшей, друзья, которые то поддерживают, то подкалывают.
Фильм 2002 года не претендует на глубокую философию. Он просто честно показывает, как один глупый поступок может перевернуть жизнь — не потому что обет священный, а потому что заставляет по-новому взглянуть на то, чего ты на самом деле хочешь. И иногда именно ограничение открывает то, что раньше было незаметно.
