Лучшее рождественское представление на свете
В маленьком городке под Рождество всё идёт по привычному распорядку: мамы шьют костюмы ангелов из старых простыней, папы мастерят ясли из фанеры, а дети репетируют одни и те же роли год за годом. Мария скромно опускает глаза, Иосиф кивает с важным видом, пастухи держат картонных овец, а волхвы несут коробки из-под обуви, обёрнутые золотой бумагой. Никто не ждёт сюрпризов — до тех пор, пока в воскресную школу не заявляются Хердманы.
Шестеро братьев и сестёр, которых местные называют за спиной «самыми ужасными детьми на свете», появляются там впервые. Их мать работает на двух работах, дома почти не бывает, а сами ребята привыкли выживать по своим правилам: курят за углом школы, воруют конфеты из магазина и устраивают драки на детской площадке. Когда они узнают, что за участие в спектакле дают бесплатный обед, решают записаться — не из благочестия, а ради еды. И вот уже самый младший Хердман в роли младенца Иисуса хватает плюшевого ягнёнка за ухо, средняя сестра в роли Марии громко спрашивает, почему никто не предупредил её, что придётся рожать при всех, а старший брат-Иосиф смотрит на зрителей так, будто готов в любой момент дать отпор.
Режиссёр Даллас Дженкинс не превращает историю в сладкую мораль. Он показывает, как взрослые шепчутся в коридорах церкви, как некоторые родители забирают своих детей из постановки, как пастор ломает голову: отменить спектакль или дать Хердманам шанс? А дети тем временем задают вопросы, на которые никто не знает ответа: почему волхвы пришли с подарками, а пастухам никто ничего не дал? Почему Иосиф не ушёл, когда узнал про ребёнка? И что вообще такого особенного было в этом младенце?
Фильм не спешит с выводами. Вместо этого он оставляет зрителя рядом с этими детьми — грубыми, непослушными, но впервые столкнувшимися с историей, которая заставляет задуматься. Их представление получается странным, местами неловким, совсем не похожим на идеальные спектакли прошлых лет. Но именно в этой непритязательности, в искренности вопросов, которые они задают друг другу между репетициями, и кроется неожиданное откровение: иногда самые неожиданные люди напоминают нам о том, что мы давно перестали замечать.
