Джеки выходит из реабилитационного центра с тяжёлым багажом за плечами и пустым чемоданом в руках. Алкоголь отнял у неё почти всё — включая дочь, погибшую в аварии, случившейся по её вине. Теперь она цепляется за шанс начать заново. Квартира в старом здании Хэвенхёрст кажется подарком судьбы: дешёвая аренда, строгие правила, запрет на спиртное на территории. Владелица поместья — сухопарая Элеонор с пронзительным взглядом — принимает только тех, кто проходит лечение от зависимостей. Здесь все знают цену каждой капле.
Но спокойствие длится недолго. Джеки замечает, что соседи исчезают. Не переезжают — просто перестают выходить из комнат. На стенах остаются царапины, в коридорах ночью слышатся шаги, которых не должно быть. А ещё есть история о её лучшей подруге, пропавшей год назад после того, как тоже поселилась в этом доме. Джеки начинает копать — листает старые газеты в библиотеке, расспрашивает редких гостей, изучает архивы здания. Чем глубже она погружается, тем отчётливее понимает: Хэвенхёрст не лечит. Он кормится.
Джули Бенц играет Джеки без жалости к героине — дрожащие руки по утрам, взгляд, который избегает зеркал, попытки уговорить себя, что сегодня будет иначе. Финнула Фланаган превращает Элеонор в персонажа, чья вежливость режет острее ножа: она всегда рядом, всегда знает, когда у жильца заканчиваются лекарства, всегда предлагает «помощь». Между ними нет открытой вражды — только нарастающее ощущение ловушки, где двери запираются не снаружи, а изнутри.
Режиссёр Эндрю Эрин не балует зрителя дешёвыми пугалками. Ужас в Хэвенхёрсте тихий: скрип половицы в три часа ночи, запах сигарет в коридоре, где никто не курит, тень на стене, которая движется против света. Камера часто замирает на лице Джеки — и мы видим, как в её глазах гаснет надежда, заменяясь чем-то более тёмным. Фильм не спешит к развязке. Он заставляет почувствовать, каково это — оказаться в месте, где твоя слабость становится оружием против тебя самого. А выход, как выясняется, существует только на бумаге в договоре аренды.
