Июль 1895 года. Ньюпорт, Род-Айленд — место, куда каждое лето съезжается нью-йоркская элита, чтобы блеснуть на балах, покататься на яхтах и напомнить друг другу, кто здесь кто. Воздух густой от духов и сплетен, а женщины в пышных платьях едва дышат под корсетами, но ни за что не покинут прием раньше времени.
Эмма Вандербильт-Кросс приезжает сюда не ради развлечений. Она пишет для светского издания, ловко выуживая подробности из уст зазевавшихся аристократов. Ее перо острее большинства ножей, которые сегодня вечером лежат на столе в столовой особняка Брейкерс. Именно там, среди хрусталя и позолоченных рам, происходит то, чего никто не ждал: один из гостей не доживет до конца вечера.
Детектив Джесси Уайт появляется быстро — слишком быстро для такого района, где полицию обычно просят держаться подальше от семейных дел. Но убийство есть убийство, даже если жертва носила фамилию, известную всей Америке. Эмма, увы, видела слишком много. И теперь ей предстоит выбирать: остаться в тени с блокнотом или шагнуть вперед, рискуя оказаться следующей в списке.
Особняк Брейкерс хранит свои секреты за тяжелыми бархатными шторами и за закрытыми дверями кабинетов. Здесь каждый улыбается, но мало кто говорит правду. А правда, как выяснится, прячется не в громких заявлениях, а в мелочах: в неосторожно брошенной фразе, в пятне на перчатке, в том, как кто-то отводит взгляд при упоминании имени.
Фильм Терри Ингрэма не спешит раскрывать карты. Камера скользит по залитым солнцем верандам и темным коридорам, где эхо шагов звучит подозрительно громко. Диалоги звенят как бокалы шампанского — легко, но с намеком на хрупкость. А за пышными нарядами и вежливыми реверансами угадываются острые характеры и старые счеты, которые деньги не могут закрыть. Лето в Ньюпорте обещало быть спокойным. Но спокойствие, как всегда, оказалось обманом.
