В подземном бункере, глубоко под землёй, воздух пахнет антисептиком и тревогой. Снаружи мир уже не тот — вирус превратил большинство людей в нечто неузнаваемое: быстрое, агрессивное, лишённое разума. Те, кто остался в живых, прячутся за бетонными стенами и надеются на чудо.
Морган — один из немногих, кто заразился, но не потерял себя полностью. Он помнит своё имя, узнаёт лица, а главное — слышит то, чего не слышат другие: язык заражённых. Их рыки, скрежет, обрывки звуков для него обретают смысл. Это странное преимущество делает его одновременно ценным и опасным в глазах тех, кто пытается спасти остатки человечества.
Доктор Джина Роуз возглавляет группу учёных, которая день за днём анализирует образцы, перебирает формулы, ищет слабое место вируса. Рядом с ней — профессор с уставшим взглядом, военные с автоматами у дверей и горстка выживших, цепляющихся за надежду. Все они смотрят на Моргана как на ключ. Но ключ открывает не только двери — иногда он выпускает то, что лучше было бы оставить запертым.
Фильм Штефана Рузовицки не спешит раскрывать карты. Напряжение нарастает медленно: взгляд, брошенный мимоходом, фраза, оборванная на полуслове, тень в коридоре бункера. Мэтт Смит играет героя, балансирующего на грани — между человеком и монстром, между союзником и угрозой. Натали Дормер передаёт упрямую веру учёного, который готов зайти слишком далеко ради спасения других. А за кадром постоянно напоминает о себе мир снаружи — глухие удары в вентиляционные шахты, тревожный писк датчиков, тишина, которая длится чуть дольше обычного.
«Нулевой пациент» не пытается изобрести новый жанр. Он берёт знакомую историю о конце света и спрашивает: а что, если спасение придёт не от чистых, а от тех, кого мы уже списали? И готовы ли мы принять помощь от существа, в котором едва угадывается человек.