Фильм По ту сторону чёрной радуги появился в 2010 году и сразу разделил зрителей на два лагеря. Режиссер Панос Косматос создал вещь, которую сложно забыть, но еще сложнее смотреть без напряжения. Действие переносит нас в 1983 год, где в институте Арбория содержат девушку по имени Елена. Ее способности выходят за рамки обычного понимания, что привлекает нездоровое внимание доктора Найла. Майкл Роджерс играет человека, одержимого контролем, а Эва Борн передает состояние затравленного существа почти без слов. Скотт Хайлендс и Рондел Рейнолдсон добавляют мрачных красок в окружение, где технологии смешиваются с оккультизмом. Мэрилин Норри и Джерри Соут появляются в ключевых эпизодах, усиливая ощущение замкнутого пространства. Крис Готье и Сара Стокстид тоже присутствуют в кадре, создавая фон для основной драмы. Визуальный ряд здесь работает на пределе возможностей, неоновые цвета буквально давят на глаза. Саундтрек состоит из тягучих синтезаторных партий, которые не отпускают ни на минуту. Темп повествования намеренно замедлен, что может вывести из себя любителей динамичного кино. Здесь нет погонь или перестрелок, вместо этого зритель погружается в вязкий кошмар. История поднимает вопросы о свободе воли и цене экспериментов над сознанием. Некоторые сцены сняты так, что возникает физическое чувство дискомфорта. Это не развлечение на вечер, а опыт, который требует подготовки. Косматос не пытается угодить массовому зрителю, следуя собственному видению. Концовка оставляет много вопросов, но отвечает на них каждый по-своему. Работа оператора заслуживает отдельного внимания за работу со светом и тенью. Костюмы и декорации воссоздают атмосферу ретрофутуризма без лишней стерильности. Фильм подходит тем, кто ценит атмосферу выше сюжета и не боится медленного развития событий. В мире быстрых блокбастеров такая картина выглядит как аномалия. Просмотр лучше отложить на ночь, когда вокруг будет тишина. История запоминается не диалогами, а образами, которые всплывают в памяти позже. Это кино оставляет осадок, который не проходит сразу после титров. Спустя годы картина не теряет силы воздействия из-за отказа от компромиссов. Зритель уходит с ощущением, что побывал в чужом сне.
