Фильм Трэйси Карри Ураган Катрина Гонка со временем фиксирует события августа две тысячи пятого года через архивные съёмки и свидетельства участников. Барометр падал, дороги размывало, а телефоны замолкали один за другим. Кевин Гудман ведёт хронику, но главные голоса принадлежат тем, кто принимал решения в реальном времени. Рэй Нэджин и Кэтлин Бланко вспоминают дни, когда протоколы эвакуации оказывались бессильны перед реальностью. Эдди Компасс и Салли Форман рассказывают о работе на местах, где связь обрывалась, а ресурсы таяли на глазах. Камера избегает пафосных общих планов, она останавливается на деталях: на мокрых бланках учёта, на трескучих помехах в рациях, на лицах диспетчеров, пытающихся состыковать графики в условиях полного разрыва коммуникаций. Звуковая дорожка строится на контрастах, завывание ветра сменяется гулом дизельных генераторов и короткими командами по уцелевшим каналам связи. Сценарий не выстраивает единую линию, он показывает несколько параллельных сюжетов, где чья-то быстрая реакция натыкалась на чужое бездействие или нехватку полномочий. Майкл Браун и Бобби Нортон описывают первые часы после удара, когда каждый звонок требовал решения без гарантий правильного исхода. Режиссёр не ищет виноватых, он наблюдает, как отлаженные механизмы начинают буксовать под напором стихии и человеческой усталости. Интервью прерываются паузами, собеседники ищут точные слова для ситуаций, которые до сих пор не укладываются в привычную логику. Лента не даёт готовых выводов, она просто оставляет зрителя в напряжении тех дней, когда время считалось не минутами, а шансами на спасение, которые уплывали сквозь пальцы.
