«Париж: Город мёртвых» — это не про Эйфелеву башню и уютные булочные, а про кошмарное подземелье под Парижем. В фильме странная, узкая и пугающая сеть катакомб становится ареной для охоты за древними тайнами, но оборачивается ловушкой, из которой выбраться не так просто.
Главная героиня — Скарлетт, молодая археологиня, которая с детства жила под этим тяжёлым грузом: её отец умер, не справившись с одержимостью загадкой философского камня. Она не бросила его поиски, а наоборот — собрала группу людей, готовых спуститься под землю и попытаться найти следы этого мифического артефакта, о котором когда‑то писал средневековый алхимик Николя Фламель.
Их экспедиция начинается как приключение: карта, легенды и уверенность, что ответы уже близко. Но старые желобки и туннели быстро превращаются в лабиринт, где лёгкие пути ведут в тупик, а темнота кажется живой. Герои словно оказываются в другом мире, где каждый поворот приносит всё больше страха, а то, что начиналось как поиск, постепенно становится борьбой за то, что важнее — за жизнь или за свое психическое равновесие.
Режиссёр Джон Эрик Даудл снимал фильм в стиле найденной пленки (то есть будто всё происходящее фиксируют сами участники), и это усиливает ощущение присутствия и напряжения. Атмосфера гнетущая, пространство катакомб давит, а моменты, где герои сталкиваются с необъяснимым, заставляют переживать за каждого из них. В этом фильме нет громких спецэффектов — вместо этого режиссёр играет на страхе узости, темноты и неизвестности, которую герои открывают шаг за шагом.
Если отбросить мифологию и мистику, «Париж: Город мёртвых» — это скорее история о том, к каким пределам может завести человеческое упорство и что происходит, когда желание разгадать тайну пересекается с самыми глубокими страхами.