Белфаст, середина 2010-х. Школьный учитель музыки Джей-Джей ведёт тихую жизнь, пока случайно не пересекается с двумя парнями из западного района города — Нойше и Лиамом Огом. Они называют себя «отбросами» без стеснения, курят травку за школьным углом и говорят на ирландском так же легко, как на английском. Для большинства жителей Северной Ирландии родной язык давно стал пережитком. Для этих двоих — оружие.
Джей-Джей не планировал становиться продюсером анархичного рэп-трио. Он просто заметил, как Лиам читает тексты на гэльском под бит, записанный на старый синтезатор. Что-то в этом звучало не так, как всё остальное в Белфасте. Не сентиментально-патриотично, не музейно. А дерзко, грязно, живо. Вскоре к ним присоединяется диджей Прови, и на свет появляется Kneecap — группа, которая рэпует на языке, который многие считают мёртвым, о том, что происходит здесь и сейчас: о полицейских облавах, вечеринках до утра, любви к родному городу, который сам не знает, чего хочет.
Мо Хара, Могли Бап и Диджей Прови играют самих себя — без прикрас и без жалости к образу. Их персонажи не герои в классическом смысле: они воруют, пьют, попадают в драки и не просят прощения за акцент. Но когда микрофон в руках, а за спиной — столетия подавления языка, каждая строчка становится вызовом. Майкл Фассбендер появляется в роли отца Могли — человека, чья судьба переплетена с историей Северной Ирландии сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Режиссёр Рич Пеппиатт не делает из истории учебного пособия о языковом возрождении. Он снимает её как историю о том, как три парня из рабочего района нашли способ говорить о своём мире так, чтобы их услышали. Без пафоса, с чёрным юмором и саундтреком, который бьёт в виски. Фильм бежит, а не идёт — резкие склейки, камера в лицах, диалоги на двух языках без пояснений. Иногда кажется, что ты опоздал на самую горячую вечеринку в городе. А потом понимаешь: это и есть вечеринка. И приглашены все, кто не боится говорить на своём.
