Всё начинается на залитом солнцем Лазурном побережье, где обман давно стал не преступлением, а местным ремеслом. Лоуренс Джеймисон, роль которого исполнил Майкл Кейн, годами оттачивает искусство изысканного мошенничества. Он носит безупречные костюмы, знает толк в вине и умеет тактично выманить целое состояние у состоятельных дам, не оставляя после себя ни следа. Его привычный уклад даёт трещину в один вечер, когда на территорию прибывает Фредди Бенсон. Стив Мартин играет грубоватого американского афериста, чьи методы сводятся к дешевым фокусам, фальшивым инвалидным коляскам и навязчивой эксплуатации чужой жалости. Фрэнк Оз намеренно отказывается от тяжеловесной криминальной драмы, превращая столкновение двух стилей в изящную комедию положений. Камера скользит по узким улочкам приморских городков, фиксирует потёртые подошвы дешёвых ботинок, блеск столового серебра в ресторанах и те долгие взгляды через бокалы с шампанским, когда соперники понимают, что играть придётся по-крупному. Антон Роджерс и Барбара Харрис появляются в ролях местных жителей и случайных жертв, чьи реакции лишь подчёркивают разницу между деревенской простотой и городской напыщенностью. Гленн Хедли исполняет роль наивной американской туристки, чьё появление на побережье становится идеальным поводом для пари на пятьдесят тысяч долларов. Звуковой ряд переключается между мерным плеском волн, звонком монет, отрывистыми репликами на смешанных языках и внезапной тишиной в момент, когда хитроумная схема вдруг идёт не по плану. Сценарий не пытается читать морали о честности или упрощать выбор до банальной дилеммы. Он просто наблюдает, как два профессионала вынуждены постоянно импровизировать, чтобы переиграть друг друга, постепенно запутываясь в собственных же выдумках. Картина не обещает лёгкого разоблачения или мгновенного торжества справедливости. Она замирает на подступах к решающей афере, оставляя зрителя с лёгкой, слегка ироничной улыбкой и пониманием, что в мире, где каждый носит маску, доверие становится самым дорогим товаром, а настоящая проверка начинается именно тогда, когда аферисту самому приходится верить в собственную ложь.
