На закрытом военном полигоне тестируют новейшую боевую платформу под номером Пять. Машина спроектирована для идеального выполнения тактических задач, но случайный удар молнии во время грозы запускает в её процессорах непредусмотренный сценарий. Робот начинает задавать вопросы, проявлять любопытство и искать способ вырваться за пределы огороженной территории. Элли Шиди играет Стефани, молодую женщину, которая находит сбежавший автомат на просёлочной дороге и вместо паники решает помочь ему разобраться в новом мире. Стив Гуттенберг и Фишер Стивенс изображают создателей машины, чья первоначальная радость от успеха быстро сменяется тревогой, когда военное руководство требует вернуть объект для проверки. Джон Бэдэм строит историю не на сложных спецэффектах, а на простых человеческих реакциях. Зритель видит, как металлические манипуляторы неуклюже перелистывают книги, как робот впервые слышит музыку по старому приёмнику и как его оптические датчики фиксируют мир без прицельных рамок. Г. У. Бейли и Брайан МакНамара появляются в ролях военных, для которых сбой в программе выглядит как угроза безопасности, а не как пробуждение личности. Звук картины работает на контрастах: сухой треск раций и команды по громкоговорителям плавно перетекают в шум ветра в деревьях, мерный гул сервоприводов сменяется тишиной заброшенного сарая, а в паузах слышно только дыхание героев, пытающихся принять происходящее. Сценарий не читает лекций о правах машин или будущем технологий. Он просто наблюдает за тем, как обычная девушка учится общаться с существом, чья логика строится на фактах, но чьи поступки всё чаще напоминают человеческую доброту. Фильм не разменивается на пафосные финалы или внезапные превращения железа в плоть. Он оставляет героев на пороге важного решения, где за стальным корпусом и мигающими лампочками скрывается простая мысль: иногда сознание пробивается сквозь схемы не по чертежу, а через простое желание понять и быть понятым.
